Группа незнакомцев из разных уголков мира, никогда не видевших друг друга, месяцами преследует один и тот же сон: незнакомый, но до жути детальный город. Когда они начали обмениваться зарисовками, оказалось, что их карты совпадают с пугающей точностью. Феномен «общих сновидений» перестал быть теорией — у него появились координаты. Кто построил этот город в коллективном бессознательном, и почему нас туда пускают только во сне?
Представьте, что вы просыпаетесь от яркого, насыщенного сновидения. Вы бродили по узким, мощенным булыжником улочкам, мимо домов с характерными остроконечными фронтонами, видели медную статую крылатого существа на центральной площади и ощущали странный запах — смесь морского воздуха и горелого металла. Сон был настолько ясным, что вы, еще не до конца проснувшись, торопливо набрасываете в блокноте план увиденного. А теперь представьте, что в этот же самый момент десятки людей по всему миру — в Японии, Бразилии, Германии, России — делают то же самое. Они видели тот же город. И их карты, когда их наконец сопоставят, совпадут.
Фантасмагорический «Онейрополис» — город из общих снов.PicLumen
Это не сценарий для научно-фантастического триллера, а реальность, с которой столкнулась группа исследователей парапсихологии и трансперсональной психологии. Феномен, который они изучают, получил рабочее название «Проект „Онейрос“» (от греч. oneiros — сон). В его основе — свидетельства людей, абсолютно не связанных между собой, которые утверждают, что на протяжении месяцев, а иногда и лет, периодически оказываются во сне в одном и том же месте. И это не абстрактное «чувство дежавю» или похожие эмоции, а конкретная, материальная, картографируемая реальность.
Собирая пазл коллективного бессознательного
Все началось с разрозненных сообщений на форумах, посвященных осознанным сновидениям и аномальному опыту. Люди описывали «другой город», «сон-место», «рекуррентный локатив». Поначалу модераторы списывали это на совпадение или копирование идей. Однако детализация описаний была пугающей. Речь шла не просто о «городе с рекой», а о точных архитектурных элементах: трещине на третьей ступени лестницы, ведущей к синему храму; фонаре с разбитым стеклом на перекрестке двух главных улиц; фреске с изображением спиралевидной галактики на внутренней стене общественного здания, которая видна только при определенном освещении «сонного» дня.
Энтузиасты-исследователи начали систематизировать данные. Они просили «путешественников» не просто описывать сны, но и рисовать карты, схемы, фасады зданий. Когда десятки таких карт начали накладываться друг на друга, у ученых, согласившихся взглянуть на материал, перехватило дыхание. Контуры улиц, расположение площадей, изгибы реки — все совпадало с точностью до 80-90%. Люди, никогда не общавшиеся, говорившие на разных языках и принадлежавшие к разным культурам, видели одно и то же.
Портрет города, которого нет
Итак, каков он, этот сонный мегаполис, или, как его окрестили участники, «Онейрополис»?
Архитектура: Эклектичная, вневременная. Исследователи отмечают смесь стилей: здесь есть элементы, напоминающие северный модерн, ганзейскую готику, что-то от средиземноморских портовых городов и даже футуристические конструкции из стекла и светящихся материалов, встроенные в старые кварталы. При этом город не выглядит карикатурно-фантастическим. Он ощущается *реальным*, обжитым, хоть и безлюдным в большинстве сновидений.
Совпадающие карты города.PicLumen
Центральный объект: Почти на всех картах присутствует Центральная площадь с фонтаном или, как его чаще называют, «Источником». В центре его — та самая медная статуя крылатого существа, не то ангела, не то дракона, не то инопланетного гуманоида. Многие сообщают, что вода в фонтане имеет слабое золотистое свечение.
«Темный квартал»: Западная часть города на большинстве карт либо заштрихована, либо обозначена как «непроходимая». Те, кому удавалось приблизиться, говорят о чувстве непреодолимого страха, «давления на психику» и обычно просыпаются. Это наводит на мысли о некоем защитном барьере или хранилище чего-то, что коллективное бессознательное пока не готово явить.
Отсутствие жителей: В 95% случаев город пуст. Лишь изредка «сновидцы» отмечают встречи с другими людьми, но общение с ними невозможно — фигуры размыты, или звук искажен. Это породило гипотезу, что «Онейрополис» — это не место для встреч, а само по себе сообщение или инструмент.
Гипотезы: от нейробиологии до космологии
Чем можно объяснить этот феномен? Ученые и эзотерики предлагают целый спектр версий.
1. Архетипический ландшафт (психологическая гипотеза): Карл Густав Юнг говорил о коллективном бессознательном, наполненном универсальными архетипами. Город — один из мощнейших архетипов, символ психики, цивилизации, порядка. Возможно, «Онейрополис» — это материализованный в сновидениях архетип «Серединного города», точки баланса. Его детальность объясняется тем, что современный человек перенасыщен визуальной информацией, и бессознательное научилось «строить» с невероятной точностью.
2. Случайная синхронизация нейронных паттернов (нейробиологическая гипопотеза): Скептики предполагают, что мозг в фазе быстрого сна (REM-сне) генерирует образы по определенным, общим для всех людей алгоритмам. Комбинация нейронных импульсов, отвечающих за восприятие пространства, архитектуры, страха, может случайно давать очень похожие «картинки». А совпадения деталей — это уже работа человеческого сознания, которое, получив похожий «черновик», дорисовывает его по известным ему культурным шаблонам.
3. Информационное поле Земли (ноосферная гипотеза): Сторонники теории ноосферы Вернадского и морфогенетических полей Руперта Шелдрейка считают, что «Онейрополис» может быть отпечатком, существующим в информационном слое планеты. Это может быть как отголосок некоей працивилизации, так и проекция возможного будущего. Особо чувствительные люди (а многие «сновидцы» — творческие личности с тонкой психической организацией) могут «подключаться» к этому полю и «считывать» информацию.
4. Контакт нечеловеческого порядка (трансперсональная гипотеза): Самая смелая версия. Город — это интерфейс, специально созданный неким разумом (внеземным, многомерным, планетарным) для коммуникации с человечеством. Язык образов и символов универсален. Пустой город может быть тренировочной площадкой, чтобы мы научились воспринимать саму реальность этого места, прежде чем встретим его «обитателей». «Темный квартал» в этом контексте — это шлюз, который откроется, когда человечество будет к этому готово.
Эксперимент и этика
«Проект „Онейрос“» перешел в стадию активного исследования. Группы «сновидцев» пытаются проводить синхронизированные «входы» в город, чтобы встретиться там осознанно. Пока безуспешно. Другие пытаются в состоянии осознанного сна модифицировать город — нарисовать символ на стене, перенести предмет. Задача — проверить, увидят ли этот измененный объект другие.
В лаборатории...PicLumen
Но здесь встают серьезные этические вопросы. Имеем ли мы право экспериментировать с общим, возможно, сакральным пространством бессознательного? Не является ли такое вторжение актом психического вандализма? Не приведет ли попытка «взломать» Темный квартал к непредсказуемым последствиям для психики всех причастных? Многие участники проекта сами испытывают тревогу, ощущая, что из пассивных наблюдателей превращаются в активных, и возможно, незваных, исследователей.
Дверь, которую открыли вместе
Феномен общего города-сновидения — это один из самых убедительных аргументов в пользу реальности трансперсональных, надличностных связей между людьми. Это вызов современной науке, которая пока не может дать исчерпывающего объяснения. «Онейрополис» существует. Он материален в пространстве снов. Он ждет своего Картографа, своего историка, а возможно, и своего посла.
Пока мы спорим о его природе, десятки людей по всему миру ложатся спать с карандашом и бумагой у кровати. Потому что сегодня ночью они снова могут отправиться в тот самый город. И кто знает, может быть, однажды утром кто-то из них принесет не просто карту района, а ключ. Ключ от двери, за которой — следующий уровень нашей общей, непостижимой реальности.
