Остров-призрак Фердинандея: как вулкан создал землю, из-за которой чуть не началась война

В июле 1831 года из глубин Средиземного моря поднялся остров, которого не было ни на одной карте. Четыре державы немедленно заявили на него права — но не успели договориться: суша, созданная вулканом, бесследно исчезла под водой, оставив после себя лишь дипломатический скандал и загадку, которая не решена до сих пор.

В истории немного найдётся столь же наглядных примеров того, как природа способна посмеяться над амбициями великих держав. Остров Фердинандея — или, как его называют англичане, остров Грэма — возник буквально из ничего и исчез почти так же стремительно, оставив после себя лишь споры, которые формально не урегулированы до сих пор.


Всё началось с того, что в конце июня 1831 года жители сицилийского городка Шакка, расположенного на юго-западном побережье острова, стали замечать странные вещи. В воздухе разливался запах серы — настолько сильный, что серебряные предметы в домах чернели. Море вблизи берега покрылось мёртвой рыбой, которая, по свидетельствам очевидцев, выглядела так, будто её сварили. Моряки, проходившие через Сицилийский пролив, рассказывали о грохоте, доносившемся из-под воды, и о столбах пара, поднимавшихся над поверхностью.

10 июля 1831 года из-под воды вырвался вулканический жерл. Над Средиземным морем взметнулись пепел, дым и раскалённые обломки породы. То, что происходило дальше, напоминало рождение земли в реальном времени: извержение продолжалось несколько недель, и к августу над поверхностью моря возвышался остров. Его размеры впечатляли — длина береговой линии достигала почти пяти километров, а высшая точка поднималась на 60 с лишним метров над водой. На острове даже образовались два небольших озера. Для современников, плохо понимавших природу подводных вулканов, это было зрелище одновременно пугающее и завораживающее.

Однако куда сильнее, чем геологическое чудо, европейские державы интересовала география. Остров появился в стратегически важной точке Средиземноморья — между Сицилией и Тунисом, в водах, через которые проходили торговые и военные пути, связывавшие Европу с Востоком. Суэцкого канала тогда ещё не существовало, и морские маршруты шли именно здесь. Небольшой клочок суши в нужном месте мог дать контроль над морскими путями, базу для флота или наблюдательный пункт.

Первыми на новую землю высадились британцы. Моряки с военного корабля подняли на острове флаг Соединённого Королевства и назвали его островом Грэма — в честь сэра Джеймса Грэма, первого лорда Адмиралтейства. Британия, незадолго до этого утвердившаяся на Мальте, сочла появление острова удобным поводом расширить своё присутствие в регионе.

Реакция Королевства Обеих Сицилий не заставила себя ждать. Это государство, занимавшее юг современной Италии и Сицилию, отправило к острову корабль, чей капитан снял британский флаг и водрузил свой. Остров получил имя Фердинандея — в честь короля Фердинанда II. Для неаполитанских властей появление острова вблизи их берегов было вопросом не только престижа, но и безопасности: они не могли допустить, чтобы в непосредственной близости от их территории возникла иностранная военная база.

Франция, не желавшая оставаться в стороне, отправила на остров геолога и также заявила о своих правах, назвав его островом Жюлия — в честь месяца, в котором он появился. Испания, всё ещё цеплявшаяся за остатки своего некогда огромного колониального влияния, тоже выразила заинтересованность. Четыре державы — Великобритания, Королевство Обеих Сицилий, Франция и Испания — оказались втянутыми в спор о крошечном клочке вулканической земли, который не просуществовал и полугода.


Спор вёлся в основном на страницах газет и в дипломатической переписке. Англичане настаивали, что остров был *terra nullius* — ничьей землёй, и что именно они первыми заняли его. Неаполитанцы ссылались на близость острова к своим территориальным водам. Французы говорили о научном интересе и о том, что их геолог первым описал геологию новообразования. Испанцы вспоминали давние права на Сицилию. Ни одна из сторон не желала уступать — и ни одна не успела довести дело до вооружённого конфликта.

Потому что остров начал исчезать.

С геологической точки зрения Фердинандея была обречена с самого начала. Она состояла в основном из рыхлого вулканического пепла, шлака и туфа — лёгких, пористых пород, которые легко размываются водой. Пока извержение продолжалось, вулканический жерл постоянно подпитывал остров новым материалом. Но как только активность пошла на убыль, волны и течения принялись за работу. К концу сентября высшая точка острова опустилась до 18 метров, а к декабрю над водой оставались лишь жалкие остатки.

К январю 1832 года Фердинандея полностью ушла под воду. Это не было катастрофическим извержением или внезапным обрушением — остров просто «съели» волны, слой за слоем, пока от него не осталось ничего, кроме отмели. Спор о принадлежности острова потерял всякий смысл: делить было нечего.

Но история на этом не закончилась.

Вершина вулкана — теперь известного как Эмпедокл, названного в честь древнегреческого философа, который, согласно легенде, бросился в кратер Этны, — находится всего в нескольких метрах под поверхностью моря. По разным данным, глубина над ней составляет от 6 до 8 метров. Это делает её опасной для судоходства: вершина не видна, но она достаточно близка к поверхности, чтобы представлять угрозу для судов с большой осадкой. На морских картах это место до сих пор отмечается как отмель Грэма или банка Фердинандея.


Время от времени вулкан напоминает о себе. В 1987 году американский лётчик, направлявшийся бомбить Ливию, принял вершину подводного вулкана за вражескую подводную лодку и сбросил на неё глубинные бомбы. В 2000 и 2002 годах сейсмическая активность в этом районе вновь усилилась, что породило слухи о скором возвращении острова. Итальянские власти занервничали, британские газеты написали о возможном «возвращении куска Британской империи», а сицилийский хирург и энтузиаст-дайвер Доменико Макалузо организовал установку мраморной плиты на вершине подводного вулкана с надписью о том, что эта земля «была и всегда будет принадлежать сицилийскому народу». Плита, впрочем, вскоре была найдена разбитой — то ли якорями рыбацких судов, то ли чьими-то сознательными усилиями.

Сегодня вулкан Эмпедокл считается действующим, но спящим. Учёные не исключают, что новое извержение может снова поднять Фердинандею над водой — точно так же, как это произошло в 1831 году. И если это случится, международно-правовая ситуация окажется куда сложнее, чем почти два века назад. Согласно современному морскому праву, остров, возникший в международных водах, может стать предметом спора между множеством государств — не только европейских, но и североафриканских, чьи экономические зоны проходят поблизости.

Фердинандея — это не просто геологический курьёз. Это напоминание о том, что земля под нашими ногами — даже та, что кажется незыблемой, — может измениться в любой момент. И о том, что человеческие амбиции порой оказываются куда менее долговечными, чем вулканический пепел.